«Furyo» Jacques Bogart: тигр в библиотеке

Шерри-бренди: крепкий, в меру сладкий, отчетливо алкогольный и вишневый, с коньячной мягкостью. Мех. Причем не звериная шкура на полу в кабинете, в котором распивают шерри-бренди, а живой зверь, прирученный, сидящий возле кресла хозяина, но все равно опасный, хищный, с мягкой на вид, но жесткой на ощупь шерстью. Мускусное телесное тепло.
Шерри-бренди и крупный хищник - две основные ноты «Furyo».
Остальные идут дополнением... Трубочный табак. Свежий лавровый лист, только что сорванный с дерева и надломленный, чтобы почувствовать аромат. Немного можжевеловой вяжущей горечи. Шоколадные пачули. Аромат сухого ванильного стручка. Жасмин. Запах кожаных переплетов и чуть сладковатый аромат старой бумаги.
Тигр в библиотеке, где вечером человек, приручивший тигра, выпивает рюмочку бренди и перелистывает какую-нибудь из старых, еще прадедовых книг.
По мере ношения, «Furyo» становится все более сладким, глубоким, мягким и горячим. Жасмин и ваниль проявляются сильнее. Но звериная нота остается такой же хищной.

Очень красив. Залить его во флакон, скажем, Guerlain, или другого почтенного парфюмерного дома с высокими ценами на парфюм, и все будут с ума сходить от восторга: наконец-то Guerlain, после стольких посредственных мужских ароматов, выпустил что-то необычное и прекрасное! И, кстати, можно его за женский выдать. В нем достаточно сладости, чтобы быть женским, только это не современная зубодробительная приторная сладость, а вкрадчивая, притворяющаяся, что она и не сладость совсем…
Стойкий, шлейф средний.
Из-за сильной животной ноты не рекомендую покупать без тестирования.
И насколько же такие мужские парфюмы лучше современных, с химическими лимонами и скрежещущими мускусами! Особенно приятно, что мускус теплый и нежный, придающий композиции какую-то даже сливочность… И совсем нет ничего от современного представления о «свежести» в аромате. Может, когда-нибудь эта «свежесть», отдающая нашатырем, станет немодной, и мир вернется к густым и плотным парфюмам с характером? В конце концов, мода все время идет по кругу.
Я пробовала старую версию. Кто-нибудь знает, как пахнет «Furyo», который продается сейчас в паре интернет-магазинов?

Фото флакона – с сайта  www.lenoma.ru (где парфюма, кстати, в продаже нет)
Рисунок: "Спящий тигр", нарисован на одной из раздвижных дверей из храма в Киото.

«Trastevere» Pantheon Roma: кофе с алкоголем и поцелуями

Моя новая любовь! Я ждала, что будет красиво и сладко. Но я не ожидала, что настолько красиво.
Вообще, у меня забавные отношения с кофейными парфюмами.
Я, как влюбчивая девица, которая про каждого очередного своего кавалера с придыханием говорит: «Это ОН! Тот самый!» — в смысле, тот самый, который будет ей и идеальным любовником, и любящим мужем, и отцом ее детей, и кормильцем-поильцем, и воплотителем всех накопившихся фантазий…
Вот примерно так и я. Когда мне попадается кофейный аромат, который оказывается более кофейным и более красивым, чем предыдущие кофейные и красивые, восклицаю: «Это ОН!» И жажду обрести. Сразу много. Потому что мне надо. Потому что он кофейный. И никогда не могу поверить, что какой-то парфюм может оказаться еще лучше и еще кофейнее. Нет-нет, не может быть… Этот будет у меня самым кофейным, самым необходимым кофейным, на всю оставшуюся жизнь, пока смерть не разлучит нас.
На сей раз «Trastevere» Pantheon Roma: «Это ОН! Тот самый! Милый, как долго я тебя ждала, как часто ошибалась!»

Две главные ноты — кофе и жареные каштаны.
Причем кофе — на любой вкус! Черный кофе с коньяком. Капучино с плотной пенкой. Кофе со сливками и ванильным сиропом. Сладкий латте с шоколадной стружкой... Впрочем, алкоголя плеснули во все чашечки кофе, только в некоторые — коньяк, а в некоторые – сливочный ликер «Irish Cream».
Жареные каштаны так натурально переданы, что кажется — чувствуешь не только их сладковато-сытный запах, но даже привкус соли, в которую можно каштан обмакнуть (хотя я чаще предпочитала без соли).
Казалось бы — что еще надо для счастья?
Но «Trastevere» пахнет еще и южным индольно-медовым жасмином, ночным и томным, и этот аромат удивительно гармонично дополняет кофе и каштаны.
И еще  — совсем немножко, буквально легкое дуновение! – но «Trastevere» пахнет корочкой свежевыпеченного, еще горячего хлеба, именно корочкой, без мякиша с его кисловатыми дрожжевыми нотами.
И – ромом, настоянным на ванили, та же нота, которая в «Dolce Passione» является основной: в «Trastevere» пьяной ванили меньше, и она не выходит на передний план, главным героем этого парфюма остается кофе.

Кофе с алкоголем и с поцелуями (на мысли о поцелуях наводит страстный жасмин).
Будоражащий аромат, требующий отправиться в путешествие, на поиски любовных приключений, или — если любовь уже найдена и вы живете под одной крышей — вспомнить, как это было, когда все только начиналось и чувства кипели… Снова ощутить и сделать так, чтобы любимый человек тоже ощутил! Что сделать, как сделать? Не знаю. «Trastevere» не дает подсказок, но, пульсируя на запястье, требует каких-то действий и обещает в награду радость.
Некоторые парфюмеры – волшебники, раз могут сотворить в образе духов зелье такой силы.

…А возвращаясь к реалиям: стойкость – хорошая, не запредельная, но с утра до вечера вполне; шлейф – нет, скорее кокон, аромат ощущается при приближении к носителю, но зато сразу сильно и во всей красоте.

Источник: фото жасмина weheartit.com; остальные Pinterest.

«Dolce Passione» Pantheon Roma: шоколадный поцелуй и пьяная ваниль

Сначала «Dolce Passione» ошеломляюще прекрасен, квинтэссенция гурманской парфюмерии, воплощение греха чревоугодия: горький шоколад, лесные орехи молочной спелости, сливочная помадка, карамельные кружева и все это насквозь пропитано алкоголем. Причем алкоголя очень много. Совершенно пьяный запах. Пьяный и сладкий, и качество сладости — высочайшее.
Именно качество, а не количество! В современной парфюмерии очень сладких ароматов больше, чем следовало бы, но качественных среди них не так уж много, а чтобы парфюм был хорош не вопреки своей сладости, а по причине своей сладости - это и вовсе редкость.
Но длится вся эта красота минут сорок. Потом ноты начинают исчезать: уходит сливочность, за ней — аромат ореха, потом — карамель, и в конце концов остается пропитанный алкоголем шоколадный трюфель (грибов-трюфелей тут не наблюдается) и ваниль, заспиртованная в роме: это иногда делают, чтобы создать идеальную пропитку для бисквита, я нюхала и на всю жизнь запомнила, как прекрасно пахнет проспиртованная ваниль — или насыщенный ванильным ароматом ром.
Когда исчезает шоколад, остается только запах ванильных стручков в роме.

Вроде бы, это слишком просто, я ждала шоколадного блаженства, а оно хоть и было, но быстро кончилось...
Но полноценного разочарования нет. Потому что этот пьяный ванильный запах остается манящим и желанным.
Сожалею я только о слабой стойкости (5 часов на коже), об отсутствии шлейфа (аромат чувствуется только на близком расстоянии) и о запредельной цене.
В остальном все прелестно.
Самый алкогольный из всех гурманских парфюмов.
И очень, очень красивая ваниль!

Фото флакона с сайта: www.fragrantica.com

«Alahine» Teo Cabanel: мед и узоры на шелке

«Alahine» поет завлекательную песню о роскоши, о красивой и беспечной жизни, о приятных соблазнах, которым просто невозможно не уступить… Прозрачным лепестком, выловленным из розового варенья, он растворяется на языке, оставляя благоуханную сладость, тонким шелком скользит по коже, мягчайшим ковром ложится под ноги.
 «Alahine» — это прежде всего мед, но этот мед начисто лишен едкости, и не раздражает даже самых отчаянных ненавистников меда. При том, что мед в пирамиде не указан, он чувствуется прежде всего. Мед, причем липовый. И розовое варенье.
Дальше – словно в танце семи покрывал – раскрывается красота драгоценных смол, бензоина и лабданума. Потом выступают цветы: иланг-иланг чарует конфетной сладостью, жасмин – томным ночным ароматом, флердоранж – радостным солнечным благоуханием.
Прекрасный    сандал в «Alahine», сливочный, по ощущениям – прямо настоящий, как то самое масло сандала, которое привозили в начале 70-х из Индии вместо духов: мне не забыть его аромат!
В верхних нотах серебряными колокольчиками на браслетах танцовщицы звенит бергамот.
Еще мне чудятся какие-то специи, но тихим вздохом, где-то очень отдаленно, вроде и есть они, вроде и нет…

Восточный аромат для тех, кто ценит в парфюмах нежность и деликатность, и для кого настоящие арабские духи, даже из числа дорогих – это слишком сильно и слишком громко.
«Alahine» дарит то же ощущение сложности, высококачественных компонентов и восточной роскоши, что и творения Amouage, при этом он отличается от них, как отличается тончайшая вышивка шелком и золотом по шелку женского покрывала – от драгоценного, шелкотканого персидского ковра. И то, и другое – высокое искусство, изящество, узоры, краски, шелк.
Но если покрывало легко взлетает и трепещет на ветру, если покрывало полупрозрачно и прикасается к коже нежнее, чем лепесток розы, то ковер – даже шелковый – это все же ковер: он плотный, он может пройти невредимым сквозь столетия, если правильно его хранить.
А покрывало подчеркнет красоту какой-нибудь Гюльджан, взметнется в танце с шестью такими же, упадет на пол смятым, сорванным рукой повелителя…
И из произведения искусства скоро перейдет в разряд воспоминаний: о том, как же к лицу Гюльджан было именно то покрывало, с которым она вышла танцевать перед султаном в тот день, когда повелитель выбрал ее – и она стала любимой наложницей.

Вышивка шелком по шелку, Персия

Шелковый ковер, Персия

Совершенно восточный по сути и по нотам, «Alahine» деликатен, как европейские парфюмы. Стойкость средняя, шлейф – нет, это не шлейф, это трепет шелкового покрывала на ветру, легкий сладостный след аромата…
Я бы пожелала ему большей плотности и стойкости.
Но для кого-то он станет идеальным – именно такой, нежный, прозрачный.
Меня же в нем прельщает восхитительное сочетание медовой ноты с лабданумом и бензоином, и сандал: они звучат настолько натурально, что впору поверить – парфюм «собран» из натуральных ингредиентов. Конечно, это не так. И специалисты по натуральной парфюмерии отличат с первого же вздоха. Однако «Alahine» так нежен, что невольно рождается это чувство.
Особенно хорош «Alahine» на длинных волосах, когда они колыхаются с каждым движением – и посылают волну нежнейшего сладостного аромата.
У меня волосы короткие, я этого наслаждения лишена.
 …Я все же предпочитаю Amouage. Я в ароматах ценю насыщенность и плотность.
Но «Alahine» чудесно хорош. Ему бы силы! Но возможно, тогда его медовость стала бы невыносимой для моих близких. И я не смогла бы его носить и им наслаждаться.
Кстати, в шлейфе он сильнее и интереснее, чем с кожи.
Жаль, потому что я люблю носить парфюмы для себя, а не для других.

Иллюстрация в начале текста:  Iranian woman in Persian miniature

«Patchouli» M. Micallef: зона комфорта

Один из лучших ароматов для осени.
Кружка горячего шоколада, о которую согреваешь руки и дыхание, сидя на скамейке в некоем идиллическом осеннем парке, выдыхая влажно-пряный аромат опавшей листвы, запах коры деревьев, запах влажного мха, запах земли.
В шоколад добавили немного коньяка. Или даже виски.
А может быть, это не горячий шоколад, а трюфель из горького шоколада с коньяком.
Но осенний парк точно присутствует, и нота жареных каштанов, а в холодные дни – еще и нота чуть подгорелой карамели, которую я в парфюмерии очень люблю.
В теплые дни добавляется нотка пудры. Причем не сахарной или какао-пудры, а фиалковой.
Главным же всегда остается: осенний парк и шоколад.

Большинство творений M. Micallef для меня в той или иной мере слишком. Слишком сладкие, слишком пронзительные, иногда — слишком грубые. При этом я понимаю, что каждый, по крайней мере из тех, которые я пробовала, является образчиком кричащей роскоши, при этом качественно сделан, в отличие от — увы! — большинства люксовых парфюмов последнего времени, и не настолько странен, как нишевые.
Есть только два аромата, которые мне нравятся настолько, что мне бы хотелось приобрести полноценные флаконы (если когда-нибудь будет возможность): это «Automne» и «Patchouli».
Пачули в нем сразу и шоколадные, и землистые, и лабданум, который я обожаю, и вяленый стручок ванили. И хотя «Patchouli» достаточно прост, есть в нем что-то успокаивающее… Он одновременно ласкающий и уютный, бархатный и кашемировый, согревающий, украшающий и создающий свою личную зону комфорта.
Для меня это очень важное чувство. И замечательно, что иногда его можно искусственно создать с помощью парфюма.

Фотографии найдены на pinterest.com
Фото флакона с сайта fragrantica.ru

«Automne» M. Micallef: радостная осень

«Automne» — лучший парфюм у M. Micallef, какой я пробовала (а перепробовала я практически все). И хотя назван он «Осень», в нем для меня присутствуют и осень, и зима, и Рождество, а осень – во всех своих ликах: от теплого «бабьего лета» до остро благоуханной «золотой осени», до холода последних облетающих листьев и инея, а иногда «Automne» пахнет комфортной европейской зимой и глинтвейном…
В «Automne» есть свежесть плодов, натурально звучащий кисло-сладкий аромат яблок, когда они только-только с ветки, с глухим стуком падают на землю, и лопается алая кожура, и из белоснежной мякоти брызжет сок. И ледяная сладость чуть подмороженной вишни. И густой кислый вкус свежей клюквы: каждая ягода темна и упруга.
В «Automne» есть пряные ноты опавших листьев и сытой земли, напитавшейся за лето, засыпающей под лиственным покровом. И настоящих пряностей: мускатного ореха, корицы, тмина, кардамона, быть может, еще каких-то «специй для глинтвейна».
В «Automne» есть горечь. Горечь и острота осенних цветов, астр и хризантем. Горький и вяжущий вкус ягод рябины — зачем вообще их пробовать? — но кто в детстве этого не делал, они же такие красивые! Горечь дыма от сжигаемых листьев.
В «Automne» есть сладость: теплая сладость ароматических смол, темная сладость шоколадных пачули, холодная сладость изморози на листьях, кажется - прикусишь листок, схваченный морозом, а иней на вкус будет как ваниль, как тростниковый сахар. Так бывает только в сказках, но это аромат сказочный.
А еще в нем есть ноты замши. И дымная ваниль.

Стойкость и шлейф, к сожалению, средние.
При всем изобилии нот, «Automne» кажется простым, очень красивым, немного ретро парфюмом: от ретро в нем глубина и мягкость.
Сравнить не с чем, но кажется, на что-то похож...
Что-то из детства. Возможно — острота впечатлений и яркость восприятия всего: ароматов, вкусов, красок.
Но мне почему-то «Automne» кажется родственником очень любимого мною «Злато скифов». Более ярким, менее сложным, но все же родственником. Парадные советские духи.
Очень хочу флакон.
Нет, не просто хочу: он мне нужен. Большой. На всю оставшуюся жизнь.
...Это жадность, конечно. И маленького будет достаточно. Но чтобы был!

Фотографии найдены на pinterest.com
Фото флакона с сайта fragrantica.ru

«Alice» L`Atelier Boheme: чаепитие и спелые груши

Сочная груша. Лакричные палочки. Анисовые леденцы. Яблочный пирог: яблок много, теста мало. Черный чай с жасмином. Свежий зеленый фон.
Чаепитие в саду.
Аромат, несмотря на гурманскую тему, не слишком сладкий, несмотря на простые ноты, странный. От этого чаепития явно недалеко до Страны Чудес. Но пока еще – добрая старая Англия.
Аниса, на мой вкус, многовато.
Несмотря на всю странность, мягкость звучания и стойкость, все-таки неоправданно дорого стоит.

«Dahn Al Oudh Moattaq» Ajmal: «Я – кхалиси!»

Невероятная смесь запретных для западной парфюмерии животных нот – теплый мускус, серая амбра – и уда, настоящего, глубокого, не «медицинского», а почти телесного, в котором соленые и сладкие ноты гармонично уравновешены… Сверху вся эта животная красота покрыта слоем лепестков свежей нежнейшей розы и припудрена нежнейшей пудрой.
В шлейфе – пудра, ближе к коже – телесный, животный, но восхитительный запах.
Масляный концентрат: не слишком шлейфовый, средней стойкости. Разогревается во время движения. Еще лучше – когда жарко, а ты двигаешься. Наверное, еще лучше – со свирепым кочевником в шатре, органично сливается с прочими ароматами, но я предпочту не экспериментировать.
Однозначно что-то на тему: «Я не принцесса, я – кхалиси!»

Фото флакона с сайта: edukan.pk

«ShaTha» Arabian Oud: невинная гардения

Нарядная гардения, но напрочь лишенная своей странной удушливо-манящей составляющей, без которой это не живой цветок, а только парфюмерная нота.
Кисловатый гибискус.
Много зеленых нот.
Немного пудры, сладковатой и чистой, как детская присыпка.
Немного сахарной пудры.
Нежный, свежий букет – даже не для невесты, а для первого причастия.
Девичий аромат, если бы не его насыщенность и сила. Масляный концентрат, но очень шлейфовый и стойкий.

Чем холоднее, тем красивее он пахнет, в жару вылезают какие-то жирные розовые ноты, диссонирующие с общей белизной…
Гардению я люблю. Но я люблю, когда гардения похожа на живой цветок, заманивающий насекомых в свои сладкие лепестковые объятия. Когда она чувственная, с кремовыми или земляничными нотами. Эта невинная гардения – не мой выбор.

Фото флакона с сайта: www.rania-perfumes.ru

«Jabu» Mona di Orio: Болотница

«Jabu» пахнет болотом или заросшим прудом, стоялой водой, ряской, нагретыми солнцем камышами (они пахнут сладковато) и желтыми кубышками (они пахнут вообще неповторимо!).
Это – первое впечатление.
Потом обоняние начинает «разбирать болото на составляющие»: флердоранж, птигрейн, бензоин, мякоть сливы, сандал, свежий сотовый мед и кокосовая вода. Иногда в нем чудится еще и роза. Иногда – роза прячется.
Но прелесть «Jabu» в том, что даже понимая приблизительно, из каких нот он собран, можно снова чувствовать в нем запах заросшего пруда.

Удивительно, что этот болотистый влажный аромат посвящен Африке, и я читала когда-то, что название его – производное от слова «Jubulani» — «радость» на языке зулусов.
Никаких африканских ассоциаций он мне не дает. Болото или заросший пруд. Причем в жаркую погоду. Когда все, что может благоухать – благоухает.
Чарующий аромат болотницы. Есть такая симпатичная славянская нечисть. Соблазнительная красавица, в отличие от русалок - не прозрачная и бледная, а весьма в теле, сидит на коряге и путников заманивает, мужчин по большей части (потому что ее способ заманивания - соблазн, а не песни или чары). Если отпугнуть ее крестом или молитвой, она в воду нырнет, и в прыжке видно, что вместо ног у нее ниже колен лапы лягушачьи… А если пойти на ее зов – утопит и съест. И, в отличие от хищных западноевропейских фейри, даже не склонит к обещанным греховным усладам, прежде, чем утопить. Вот такое вредное создание.

У меня этот аромат появился много лет назад, еще при жизни Моны. Вместе с отливантами других ее парфюмов. В результате знакомства я купила половину флакона восхитительной «Nuit Noire». А единственным, о котором я так и не смогла написать, был «Jabu». Неоднократно пыталась зафиксировать впечатления и не получалось… Хотя я от него в восторге, и иногда украшаю им дождливую погоду. В дождь он особенно нежно и маняще звучит.
Жаль, что его в атомайзере становится все меньше и меньше.
И  очень жаль, что «Jabu» больше не производят.

Источники иллюстраций: aquapro.0bb.ru, mydiz.ru, ru.fotolia.com, www.bestiary.us

«La Chasse aux Papillons» L`Artisan Parfumeur: концентрированная радость

Вы знаете, что бабочки пахнут? Да, они пахнут. Я в детстве нюхала. Бабочки пахнут очень приятно. Пыльцой и чем-то нежно-пудровым.
В аромате «La Chasse aux Papillons» («Охота на бабочек») запаха бабочек нет.
Есть запах липового цвета, летнего разнотравья, луговых цветов.
Есть золотистая пыльца с цветущего апельсинового дерева.
Немного – сладость скошенной и уже подсушенной солнцем травы.
Немного - горечь каких-то лекарственных трав.
И все.
Но в этом аромате присутствует магия.
Хотя сама я не слишком люблю его на своей коже. Приобрела отливант на заре своего увлечения парфюмерией, так вот эти 10 мл так и не израсходовала. Мне он всегда казался немного – нет, не то чтобы химическим, но плохо имитирующим натуральный аромат… Однако я знаю, что запах этого парфюма очень нравится людям, я знаю, что он поднимает настроение, и сама я люблю ловить этот аромат – в шлейфе, от других.
Концентрированная радость, и то восхитительное чувство, когда все лето еще впереди. Вдыхаешь его – и хочется улыбнуться.
Бабочками не пахнет. Но пахнет счастьем.

...А если представить, какие бабочки могли бы пахнуть этим парфюмом, то наверное - голубянки или червонцы. Маленькие такие бабочки, в летний полдень порхающие над цветами, ярко вспыхивающие голубым, серебряным или огненно-оранжевым цветом крыльев. Сидит - и кажется неприметной, невидимой. Взлетит - и такая красота! Даром, что маленькая.
А ловить их не стоит.
Никаких бабочек не стоит ловить, но этих особенно: в коллекции, мертвые и засушенные, они теряют свою красоту и сияние. Им нужна жизнь, лето, цветы и солнце, чтобы сверкать и радовать взгляд.

«Sotto La Luna Tuberose» Tauer Perfumes: духи для Маман Бриджит

Да, это тубероза, а я туберозу люблю. И это Энди Тауэр, а я люблю Тауэра. И я ожидала, что у него получится очень натуральная тубероза, и он обманул мои ожидания, потому что создал парфюмерную картину на тему туберозы, с туберозой в главной роли, но – нет, это не тот натуральный запах цветка, который меня радовал в его же восхитительной «Sotto La Luna Gardenia».
Туброза у Тауэра –  это не сама по себе тубероза, гордая, одинокая и самодостаточная, как, например, блистательная тубероза «Fracas» Robert Piguet, ядовитая и соблазнительная «Tubereuse Criminelle» Serge Lutens или моя любимица, порочная, земляничная «Tubereuse Couture» Parfumerie Generale.
Нет, Тауэр заложил бомбу во флаконе, и при нажатии на спрей происходит цветочный взрыв, в центре которого – тубероза, а обрамляют ее другие сладкие тропические цветы: как минимум иланг-иланг, жасмин, гардения и белая лилия. А может быть, еще и датура.
Сильная нота гальбанума, более резкого, чем он звучит обычно, но только такой резкой, словно раздавленной, капающей травяным соком зеленью можно оттенить сладость этого цветочного взрыва. Дополняет гальбанум едкий запах листьев герани: не цветы, а именно листья. Все это создает атмосферу тропического влажного леса, который простирается где-то там… Вне зоны видимости.

Попозже, когда жертва цветочного взрыва немного приходит в себя, а парфюм согревается на коже, появляются пряные ноты корицы и гвоздики, совершенно не кондитерские, горьковатые и жгучие. Сырые пачули и древесная сладкая амбра. И аромат становится темным, очень темным, густым, как ночь, и в этой ночи светятся только белые цветы туберозы, и изредка вспыхивают светлячки, и светятся желтые глаза какого-то хищника, и шелесту крыльев ночных мотыльков вторит тихое рычание.
Кто-то крадется во тьме, в опасной тьме, и следовало бы скрыться в доме, но аромат туберозы заворожил и не отпускает.
При том, что постепенно начинаешь чувствовать: аромат этих цветов, при всей своей сладости, лишен цветочной чистоты, к нему примешивается что-то неприятное, будто бы слабый запах тления…
Я от этого просто в восторге!
Отличные духи для Маман Бриджит, супруги Барона Субботы.
И для меня.
Особенно красиво звучат во время дождя.
В жару могут показаться невыносимыми. Или совершенно неотразимыми. Зависит от ваших личных пристрастий.
И аккуратно с дозировкой! Как и с любыми зельями и ядами, надо знать меру.