«Это был праздник Йоль, который люди называют Рождеством, хотя в глубине души знают, что он древнее Вифлиема и Вавилона, древнее Мемфиса, и самого человечества. Накануне праздника Йоль, я, наконец, возвратился в старинный город у моря, где жили мои предки, и издревле свершали празднество, ещё до того, как оно было запрещено»
«Празднество» Г.Ф.Лавкрафт
Я с удовольствием читаю подборки парфюмов для Нового года и Рождества, но мне самой захотелось сделать подборку для Йоля. Языческого праздника, из которого и выросли традиции – и рождественские, и новогодние. Языческого праздника, который все еще существует. Самая длинная, самая темная ночь в году. А потом празднование длится тринадцать дней, и в эти дни стираются границы между мирами и временем, старый год незаметно переходит в новый, власть от Короля-Падуба переходит к Королю Дубу, который и будет править до Литы – до самого длинного дня в году.
Хозяйки пекли пироги и оставляли их на ветвях деревьев – в подарок тем, кто бродит во тьме. Имеется в виду не только ночь, но – Тьма, та великая Тьма, которая может воцариться, если солнце однажды не взойдет. В эти ночи фейри беседовали с людьми, мертвые встречались с живыми, и мчалась Дикая Охота, и присоединялись к ней те, кто общается с Иным Миром…
Горели костры Йоля, чтобы поддержать солнце, помочь ему снова взойти, чтобы разогнать мрак и не позволить всем тем, кто бродит во тьме, приблизиться к жилищам. И люди собирались вместе, потому что в эти ночи нельзя быть одному, и щедро накрывали стол, чтобы щедрым был грядущий год. На йольском столе непременно присутствовало сладкое и пряное. Пили горячее вино с медом и пряностями. Дарили друг другу яблоки – символ солнца и плодородия. А подарки поценнее припрятывали под йольским деревом. И потом доставали оттуда, притворяясь, что подарки эти вроде как от фейри, иначе – Добрых Соседей. Но это неправда, подарки были друг от друга. От Добрых Соседей если и дождешься подарков, то каких-нибудь странных, и потом не будешь знать, чем и как за них отплатить. И все же почему-то считалось в древности (так, во всяком случае, пишут сейчас), что подарки на Йоль – от эльфов. И только потом появились другие ипостаси таинственных дарителей. А почему бы не признать, что дарители – мы? Что каждый из нас – немного эльф и немного волхв в ночь дарения (смотря когда она происходит, на Йоль или на Рождество)?
И веселились люди у накрытых столов, и шумели, чтобы заглушить шепоты извне, голоса из тьмы, чтобы отогнать своим весельем тех, кто бродит во тьме… При этом – вот противоречивые! – украшали падубом, омелой и плющом свои дома, чтобы пригласить Добрых Соседей разделить радость возрождения к жизни. Или, чтобы, по крайней мере, сделать вид: мы не против вашего визита. Но пироги лучше возьмите те, которые заранее разложены на ветвях деревьев. Ведь над порогом все равно вбит железный гвоздь, чтобы фейри переступить не мог…
Вечнозеленые растения, как олицетворение вечной жизни, были обязательным украшением на Йоль: сосна и пихта, можжевельник и ель, а также падуб (остролист), который символизировал еще и защиту от зла, и плющ, который символизировал еще и неуклонный подъем к вершинам жизни (или к вершинам духовности, кому что милее), и омела, символ женского и мужского плодородия, и шишки – символ выносливости, способности противостоять любым невзгодам, и орехи – символ богатства и сытости, и колосья пшеницы – опять же, символ изобилия.
Все на Йоль сводится к изобилию грядущего года, к свету и теплу желанного солнца, к общности людей, пережидающих тьму, к сладости и пряности еды и напитков, придающих радости в самые страшные и темные часы.
Что еще?
Йольский венок – как символ колеса года. Четыре свечи – чтобы осветить четыре стороны света. И рога как символ Рогатого Бога.
И важно обзавестись новой шерстяной вещью. Иначе придет сердитый Йольский Кот и один съест все угощение. Впрочем, скорее всего, эту традицию придумали позже и в шутку.
Так какие парфюмы кажутся мне самыми подходящими для этих тринадцати дней?
Начнем с костра.
Здесь самый интересный выбор – между
«Ignes» Angela Ciampagna и
«L`incendiaire» Serge Lutens.
«Ignes» Angela Ciampagna пахнет костром, горящим деревом, дымом, ароматическими смолами, пряной сладостью бессмертника и соленым запахом, приносимым с моря. Причем холодного моря, зимнего или весеннего. В «Ignes» больше огня и тепла. Больше жизнеутверждающего начала, языческой, первозданной радости жизни, от него кровь кипит, от него хочется танцевать и целоваться, ощущая на губах пепел от костра и соль от морского ветра.
«L`incendiaire» Serge Lutens пахнет дымом и тлеющими угольями, горьким и острым ароматом сжигаемых листьев, подкопченными нотами виски и сладостью жженой карамели, и в нем тоже присутствуют ароматические смолы, и ладаном, но все это доносится словно со стороны. Костер не рядом с вами, он – вдалеке. В «L`incendiaire» больше тайны и тьмы, той самой тьмы, от которой люди защищаются кострами, которая на Йоль обещает встречи с фейри и духами мертвых и полет с Дикой Охотой…
Костер, танцы вокруг костра, чувство родства всех людей, радость жизни? Тогда ваш выбор – «Ignes».
Уйти одному во тьму, в надежде, что эти волшебные ночи откроют для вас пути в Иные Миры, что невидимый собеседник откроет вам те тайны, о которых вы всегда мечтали? Тогда – «L`incendiaire».
Если костер – огонь и пепел – не самая ваша любимая тема, то стоит рассмотреть вечнозеленые растения, которые для Йоля очень важны, в сущности – главное его украшение.
«Wazamba» Parfum d`Empire пахнет сосновыми иголками и смолой, свежим морозным воздухом, горькими травами и яблоком в карамели. Трудно даже представить себе более йольский аромат, соединивший в себе и сосну, и яблоки, и сладость. Совершенно домашний и радостный. Для тех, кто не хочет уходить в темноту на поиски приключений, а хочет в йольские дни быть счастливым и веселым, здесь и сейчас.
«Taiga Whispers» Nimere Parfums – наркотически-прекрасный аромат соснового леса, можжевельника и кипарисовой смолы, пихтового бальзама и березового дегтя, противоречивый, волшебный, обманчивый, потому что чудится в нем то соль, то ладан, то сладкие смолы. То вдруг каким-то тропическим цветком пахнет среди всего этого дремучего-лесного изобилия, и пытаешься понять – правда или неправда, что за цветок в зимнем сосновом лесу? Неправда, конечно! Это фейри обманывают и в лес завлекают. Держитесь лучше поближе к домам и к йольским венкам, которые тоже пахнут сосной и можжевельником.
Но вот главный обманщик и чародей выходит на охоту за душами смертных.
«Мemoir Man» Amouage – таинственный, как Рогатый Бог, темный и мрачный, как Король-Падуб, в эту ночь на полгода уступающий власть жизнерадостному Королю-Дубу. «Мemoir Man» пахнет прежде всего полынью, горькой и свежей, колдовской. За серебристо-зеленым узором полыни – черная кожа грубой выделки, связки сухих целебных трав, остывший ладан, нездешние растения – зеленый ветивер и дурманящий сладковатый табак. И пепел, а под пеплом – неожиданно свежие розы… Розы, которыми он обольщает в эту морозную ночь. Но не подходите к нему: Король-Падуб уколет вас острым листом в самое сердце, и вы уже никогда его не забудете, никогда не сможете веселиться со всеми, всегда будете тосковать по чему-то нездешнему, несбыточному, и утешаться только одним лишь его ароматом. «Мemoir»: то, что нельзя забыть.
Впрочем, магия фейри на Йоль может быть и доброй. Если у фейри будет хорошее настроение и им понравятся пироги, которыми с ними поделятся. Тогда они украсят праздник ароматом яркой зелени, острым запахом свежесрезанных еловых ветвей, еще розового перца добавят, для яркости и огонька, и тмина с корицей, потому что праздник и смертные любят пряности. Но главное – среди елок будут розы, причем не наколдованные, не обманные, а настоящие, пышные и свежие, огромный букет, а то и целый розовый сад. И все это – в зеленом флаконе «Epic Woman» Amouage. Он удивительно хорош именно в мороз. Он одновременно освежающий и торжественный. Он – как зеленое платье, вытканное серебряными и золотыми узорами, платье, в котором любая девушка покажется самой красивой!
Но идем же к столу.
Пряности. Очень важны в эту ночь пряности. Они придают праздничный вкус блюдам, они согревают изнутри, они не дают холоду пробраться в кровь и в душу.
«Noir Epices» Frederic Malle – свежемолотый черный перец, корица и гвоздика, мускатный орех, стручок ванили, сладкий апельсин и немного горького шоколада. Согрейте его на коже, и вам раскроются его уютная пушистая кашемировая душа и все его специи, уютные, теплые, добрые. С «Noir Epices» хорошо читать вслух сказки или пересказывать легенды, раздавать подарки, припрятанные под йольским деревом. В общем – отмечать Йоль как семейный добрый праздник.
Еще на Йоль положено как следует выпить. Причем пить из коровьего рога, то есть – до дна. Только те, кто болен, имеют право отказаться. Вино должно быть горячим, сладким и пряным. Но, кажется, в вине, которое замешали во флаконе
«Le Mat» Mendittorosa есть не только корица, гвоздика и мускатный орех, но и более странные составляющие: засахаренные лепестки роз и цветки бессмертника, и крупицы морской соли, и кусочек горького шоколада, и амбра, и горький мед. Все вместе делает напиток странным: не то глинтвейн, не то глёг, не то сладкий ликер, не то – любовное зелье, которое досталось Тристану и Изольде, не то вообще мед скальдов, и это был бы лучший вариант… Дурманит, кружит голову, очаровывает. Что может быть волшебнее и пьянее для этой волшебной ночи?
Не забудем о яблоках и пшенице. Без них праздник невозможен. Они – не менее важные символы, чем все вечнозеленые растения, вместе взятые. И это, конечно,
«Lann-Ael» Lostmarch. Он пахнет пирогами, замешанными на меду, и молоком с медом, и свежими яблоками, и яблоками запеченными, и гречишными лепешками, и бессмертником, и свежим ветром, и холодными сливками. «Lann-Ael» наверняка понравится Добрым Соседям: он – и все те лакомства, которые он предлагает. И возможно, они позаимствуют этот пленительный аромат, чтобы завлекать к себе смертных, ведь при всей своей аппетитности «Lann-Ael» настолько прозрачен и легок, его так хочется уловить, вдохнуть как следует, что невольно пойдешь за ним и ненароком забредешь внутрь Полого Холма, откуда нет дороги обратно. А там тебе предложат эльфийский хлеб на меду: один раз вкусил – и забыл весь свой смертный мир, и ни разу не пожалел об этом.
Поэтому – пусть горят костры, пусть будут ярко освещены столы, на которые выставлены украшения и напитки, пусть звучит музыка и смех, пусть там, во тьме, останутся все соблазнители, нашептывающие смертным сказки и стихи. Не нужно это. Давайте думать о будущем урожае и целоваться под омелой, чтобы в будущем году родились здоровые дети.
…А если кто-то услышит их шепот даже сквозь музыку и смех, если кому-то не помешает аромат материнского пирога и огонь веселого костра, если он пойдет на их зов в ночь?
Не мешайте ему. Не удерживайте его возле вашего веселого стола. У него другой путь и другое счастье.
Подождите меня, ваше величество, Король-Падуб, я с вами…
P.S. На этом фото тоже есть немного магии, только современной. Дело в том, что у меня нет флакона «Ignes» Angela Ciampagna. Я пока не смогла его себе позволить. Когда-нибудь… Но у меня есть флакон «Liquo» Angela Ciampagna, и с помощью высококачественного фото, предоставленного ExilityGroup и Ольгой Александровой лично, и искусства фотошопа, которым владеет Дарья Борисовна Королькова, превратившая мой «Liquo» (совершенно нежный, если и языческий, то – не Йоль, а Мабон, который я так люблю) в «Ignes».
Так же благодарю парфюмера Николая Еремина за предоставленный флакон «Taiga Whispers» Nimere Parfums.
Рог, кстати, настоящий. Олений.
И я праздную Йоль. Скорее всего, неправильно, но праздную.
